Пальмовая ветвь

Рубрика: блог

  • Twins Garden

    «Задача состояла в том, чтобы создать интерьер, в котором главным будут вид из окна и еда. Мы не хотели делать интерьер вызывающим, нужно было добиться эффекта, который бы не превалировал над блюдами, но создавал бы для них тонкую оболочку», – рассказывает дизайнер интерьера Twins Garden Екатерина Вальц.

    Нужный эффект при открытии ресторана случился уже от того, что авторы проекта просто «открыли окна». До Twins Garden знаменитых сегодня далеко за пределами города и страны шефов и братьев-близнецов Березуцких здесь заправлял другой, вполне культовый, шеф-повар Анатолий Комм (сначала тут работал его ресторан «Варвары», затем «Русские сезоны»). И одна из интриг судьбы заключается в том, что на кухне Комма ровно на этом месте когда-то работал поваром один из братьев.

    Когда открылся Twins Garden, все еще помнили как выглядел предшественник – эффектный, темный и загадочный, с закрытой от всех кухней, где маэстро и его подручные тайно готовят свое волшебство. У новых обитателей этого пространства не было иного пути, как сделать все наоборот.

    «Начать с чистого листа: архитектор Екатерина Вальц оставила от прежнего заведения меньше чем ничего. То есть снесла все внутренние стены, какие можно было снести. Превратила коммунальную квартиру в студию. Или даже, как говорят риелторы, в студию с кухней, тем более что кухня, открытая всем на загляденье, и впрямь сильно присутствует в зале первого этажа. Убранство, освещение и цвета тоже подобраны с точностью до наоборот — сплошной минимализм в скандинавском духе, среди которого Сергей и Иван вдруг тоже превращаются в часть дизайна, в каких-то почти эльфов», – писал в 2018-м ресторанный критик «Афиши» Александр Ильин.

    Дьявол, как мы знаем, в деталях. «Для того, чтобы добиться результата, мы использовали достаточно интересные, уникальные и необычные материалы, но при этом очень деликатные. Для бара нашли оригинальный бирюзовый оникс. Лампы для подогрева еды в зоне еды изготовлены из камня. В лаборатории (изготовлена совместно с итальянским художником Генри Тими) установили литой бронзовый остров. Раковина — из мрамора, а лампы из литого стекла. Вся техника скрывается за стеклянными перегородками, они открываются, когда это требуется для работы».

    Основное планировочное решение – все снести, превратить пространство в прозрачные, перетекающие друг в друга смыслы. Доминанта первого этажа – открытая кухня, за которой еще прячется комната с живой овощной инсталляцией.

    Отражением от кухни – винная комната с гигантским собранием образцов, и спрятанная за ней жемчужина – шефская лаборатория. Второй этаж – с баром, частой посадкой и более неформальной атмосферой, на которую по своему разумению влияет небо города за окнами.

    Чтобы добиться прозрачной легкости, понадобилось пройти сложный путь. «Например, геометрический потолок в зале на седьмом этаже было очень сложно собирать, потому что таким образом мы прятали систему балок, там же еще находится система вентиляции. Причем, потолок состоит из разных балок, из различных деталей разного размера, поэтому собрать его было отдельным квестом».

    Но никто не увидит того, что спрятано за летящей легкостью результата – ни в интерьере, ни в тарелке – квест пройден, а волшебство продолжается. И, конечно, сегодня уже никому не придет в голову сравнивать Twins Garden и его авторов с кем-нибудь еще.

  • #СибирьСибирь

    Московский ресторан #CибирьСибирь – это своего рода next station, продолжение истории, начатой в одноименном и первом ресторане, открытом за три года до московского в Новосибирске. Они не близнецы-братья, но связи интересно проследить.

    Из Новосибирска

    Новосибирский ресторан #CибирьСибирь стал первым в городе проектом с сибирской кухней, переосмысленной в современном духе, и открылся он в отеле «Азимут», который местные жители помнят как гостиницу «Сибирь».

    В его интерьере активно используются атрибуты традиционного сибирского быта: самовары, купленные на блошиных рынках, старинные оконные наличники, привезенные из алтайских деревень, валенки, целые стены из березовых и сосновых стволов, кедровые, сосновые и еловые шишки, банки с соленьями и ковры на стенах.

    Стена с валенками и шалями создает уютную, тёплую зону, а потолок в баре из ложек приковывает внимание: для оформления потолка бара было использовано десять тысяч алюминиевых ложек, смонтированных на волнообразные металлические направляющие, затянутые сеткой рабица, благодаря чему массив ложек переливается.

    Помещение разделено на несколько тематических зон – бар, самоварные ряды, охота-room, зал хоккейного клуба «Сибирь», в отделке которого использовано более 330 хоккейных клюшек и 100 шлемов, зал, посвященный Транссибирской магистрали, советская гостиная со старинной мебелью, а также отдельная охлаждаемая водка-room, с примыкающей к ней винной комнатой и баром в центре ресторана.

    Несмотря на то, что интерьер делится на несколько зон, включая отдельные «кабинеты», в планировке воплощена идея максимального пространственного сопряжения – все зоны гармонично дополняют друг друга и создают целостный образ Сибири. И образ старой «Сибири» тоже здесь играет свою роль.

    «Мы постарались сохранить «родной» паркет, располагавшийся в старом ресторане гостиницы «Сибирь». Правда, для этого нам пришлось изрядно «поиздеваться» над ним. В процессе столкнулись с задачей стыковки старого паркета и нового материала, результатом чего стала инкрустация одного материала в другой. Работа проводилась в несколько этапов: чертежи, обозначение на месте и демонтаж «уставших» фрагментов паркета, инкрустация на их место фанерных заготовок, будущих чистовых элементов, циклевка паркета и финишное покрытие. После чего фанерные заготовки были заменены на специально вырезанные из керамогранита в размер паркетных элементов», – рассказывают дизайнеры.

    В интерьере широко использовано дерево – традиционный для Сибири материал, позволяющий создать любую форму, цвет, фактуру и реализовать уникальный авторский элемент. Дерево можно встретить в отделке барной стойки, из него изготовлены резные окна со ставнями, из различных пород ясеня и дуба создана мебель и многие декоративные элементы.

    Часть фирменного стиля составляет объемный узор-перфорация – геометрическая интерпретация сибирской шишки, в полную силу раскрывшийся в конструкции бара ресторана, каждый элемент которого сделан по отдельным лекалам.

    В Москву

    Задача выявить сибирский характер, одновременно далекий и от Запада и от Востока, в московском ресторане #СибирьСибирь развивается – дизайнеры стремятся избегать прямых ассоциаций с конкретными образами.

    Так, например, центральное ядро интерьера — транспарантная конструкция из цельнолитого стеклянного кирпича, которая вызывает различные ассоциации: это и замёрзший городок, и хрустальный дворец, и ледяные глыбы сибирских озёр, огибаемые дугообразными металлическими «рельсами западно-сибирской железной дороги».

    В планировке воплощена идея максимального пространственного сопряжения: залы открыты и максимально просматриваются с различных точек, благодаря использованию стеклянного кирпича и стеклянных плоскостей в целом.

    Большая часть элементов интерьера изготавливалась на заказ по индивидуальным техническим заданиям. Это и металлические каркасы, и столы из сибирского карагача и дуба с таежных отвалов. Бар собран из натурального (не искусственно состаренного) топляка, который еще в советские времена сплавляли по сибирским рекам.

    Многие элементы собирали и изготавливали прямо на месте: паркет состаривали уже после его монтажа, – ходили по нему в альпинистских «кошках», фрезеровали швы и били цепями, чтобы добиться нужного эффекта. Колонны из горбыля, привезенного из-под Колывани, сколачивали вручную, тщательно выбирая место для каждой «деревяшки».

    «Для истории с парящими на потолке резными наличниками снаряжалась специальная экспедиция по сибирским деревням (наличники искали под Колыванью, в Томской, Новосибирской и Иркутской областях). Чтобы обобщить различные типы наличников (ведь для каждой области характерен свой тип) и придать им «морозный» вид, было принято решение выкрасить их в белоснежный цвет. Так мы получили парящий массив, символизирующий текучесть времени насыщенной сибирской истории. Идею поддерживает элемент объединяющего фриза, вытянутого вдоль основных залов и «ледяного ядра» ресторана», – объясняют дизайнеры.

    На протяжении всего фриза было решено эксплицировать различные традиционные артефакты: матрешки с сибирскими узорами, старые латунные самовары, массив из алюминиевых ложек, образующий чешую и отсылающий московский интерьер к новосибирскому.

  • Белуга

    Создатели ресторана “Белуга” называют его “изящной и остроумной версией современной русской кухни”. Меню пестрит разнообразными видами икры, российскими деликатесами, а еще здесь одна из самых больших в мире водочных карт. И даже мимолетный взгляд в окно в этом месте напоминает о русском духе и статусе заведения — “Белуга” находится на втором этаже гостиницы “Националь”, откуда открываются потрясающие виды на Красную площадь и Исторический музей.

    Перед дизайнером интерьера Анастасией Паниратовой стояла задача создать ресторан для торжественных случаев, куда гости в вечерних платьях и смокингах стремились бы попасть после спектакля в Большом театре.

    Вдохновением для автора стал образ девушки, русской красавицы, такой как царевна Лебедь из сказки о царе Салтане, изображенной на полотне Михаила Врубеля.

    “У нас очень много в этом проекте про женскую красоту. Под водой рыба белуга — это русская красавица. Когда она выходит на сушу — это уже может быть русская женщина-красавица. Знаете белуга начинает выметывать икру в 18 лет и с этим возрастом ассоциируется, когда созревает и девушка”, — говорит Анастасия Панибратова.

    Так в проекте, который Анастасия Панибратова называет “одой женской красоте”, появилось большое панно с изображение русских красавиц в кокошниках с айфонами, делающие селфи. Его изготовили по специальному заказу художники арт-группы Recycle.

    На стенах по всему залу — портреты женщин, которые участвовали в знаменитом костюмированном бале 1903 года в Петербурге. Тогда придворные пришли на маскарад в старинных костюмах 17 века.

    Одним из главных акцентов интерьера — барная стойка в форме икорницы из богемского хрусталя. Ее вручную изготавливали по авторскому эскизу дизайнера. Причем, сразу на трех производствах, поскольку работа оказалось настолько уникальной, что изготовить в одном месте стойку оказалось невозможным. Когда ее установили в ресторане оказалось (и на это никто не рассчитывал), что от стеклянных панелей солнечный свет отражается таким образом, что на полу создается необычный визуальный эффект, напоминающий радужные брызги. Как если бы это был не бар, а большой дискобол.

  • Community

    Интерьер для Сommunity создали дизайнеры сестры Ольга и Ирина Сундуковы. Перед ними стояла задача гармонично объединить в единое многофункциональное пространство зоны театра, ресторана, чайной, бара и площадки для мастер-классов. Слово авторам проекта:

    «Сложная архитектура пространства с закрытыми, не связанными между собой зонами. Недостаток естественного освещения. Нужно было с одной стороны стилистически выделить разные по функционалу пространства, а с другой — связать их между собой, чтобы гостевые потоки перетекали из одной зоны в другую.

    Кроме того, Community расположился в здании Государственного университета дизайна и технологии и такое креативное соседство задавало определенный вектор: важно было удивить и вдохновить гостей, многие из которых, так или иначе, связаны с дизайном.

    В Community объединены зоны за счет элементов декора, разных по функционалу и цветам, но созвучных основной теме пространства — библиотеке. Почему библиотека? Во-первых, она намекает на соседство с институтом, а во-вторых, это всегда своего рода сообщество близких по духу людей.

    Стилизованные элементы читального зала присутствуют во всех зонах. Переходы между зонами организованы так, что гости интуитивно перемещаются из одной в другую.

    Уже у входа можно увидеть зону театра — яркие цвета и нестандартные покрытия призваны подчеркнуть современный репертуар. Театр объединен с классической библиотекой: решение создать такой интерьер не только стилистически оправдано, но и удобно, ведь в будние дни помещение может работать как ресторан и библиотека, а в выходные — как театр и лекторий.

    Существующую на объекте хрустальную двухметровую люстру сохранили, но частично спрятали ее между полок.

    Из зоны театра и библиотеки гости попадают в бар. Здесь добавили графику с изображением книг и лавочки, которые выглядят как уровни лекционного помещения. Ресторан в Community — это отдельная светлая и уютная зона, где также присутствуют элементы театрального интерьера.

    Чайная “Tea for two” — также самостоятельное помещение. Связь с соседними зонами выстроена через панорамные окна, выходящие в ресторан и бар. Здесь тоже продолжена тема библиотеки, используя мягкое и ненавязчивое освещение и разместив большой разноцветный диван для долгих чаепитий и разговоров.

    В помещении для мастер-классов расположили грифельную доску во всю стену, а также библиотечный и ковровый принты для создания уюта.

    Во всем интерьере мы использовали резкие переходы от материала к материалу для того, чтобы придать интерьеру живописность и динамику».

  • Сахалин

    Концепция мишленовского ресторана “Сахалин” — MediterrAsian cuisine. Как подчеркивают авторы проекта, это — новый гастрономический стиль, где используют “региональные продукты в сочетании со средиземноморскими и азиатскими блюдами и техниками”. В основе меню — дальневосточные морепродукты.

    Заведение располагается на 22-23 этажах гостиницы AZIMUT Hotel на Смоленской площади. Благодаря панорамному остеклению с высоты 88 метров открываются завораживающие виды на исторический центр столицы. Причем, для всех гостей, где бы не находился их столик.

    Дизайн ресторана разработали Ирина Глик и студия GEOMETRY DESIGN. Как объясняют авторы, главной идеей при его создании заключалось в желании “совместить современную элегантность с природными формами и образами”. “Но некоторые характеризуют его, как bio-tech, подразумевая сочетание природных образов и навеянных природой форм с технологичными способами их реализации”, — говорит Ирина Глик.

    Так, барная стойка отсылает к северным скалам, формы которых созданы многовековым влиянием ветров. Рельефная панель из зеркальных фрагментов напоминает карту Сахалина. Северное сияние стало прообразом роскошных люстр. Стеклянные плашки у них разного цвета и изготовлены вручную, это позволило добиться эффекта, когда свет расходиться по помещению отдельными бликами.

    Ресторан площадью более 700 м2 — двухуровневый, объединили такое большое пространство за счет использования множества обтекаемых форм и волнистых линий.

    “Поскольку помещение изначально круглое, мы не могли “оперировать” квадратами и везде старались скруглять, ломать линии — где-то плавные добавлять, где-то рубленые. Объемы большие, поэтому работать приходилось крупными “мазками”: масштабные люстры, диваны размера ХХL округлых силуэтов, вокруг столов — мои любимые стулья-”плюшки”, — говорит Ирина.

    К слову, чтобы поднять в ресторан крупногабаритную мебель пришлось организовать “спецоперацию”. Диваны затаскивали промышленные альпинисты, используя лебедки.

  • Горыныч

    Наталья, в ресторане «Горыныч» первым делом впечатляют стены, расписанные по иллюстрациям художника Ивана Билибина. Как решали, что из его огромного наследия лучше подойдет для этого интерьера?

    Желание использовать в интерьере мотивы Ивана Билибина появилось давно, когда мы ещё делали “Уголёк”. Но там в итоге реализовалась немного другая история, а вот ресторан “Горыныч” задумывался уже с явным намерением применить сказочную тему. Я купила несколько книг про творчество Ивана Билибина и подарила их всем участникам проекта. Мы вместе листали, любовались, вдохновлялись и думали, что нам хотелось бы использовать.

    Но самого Горыныча среди изображений не найти…

    Да, мы намеренно не использовали иллюстрации с Горынычем, потому что это слишком прямые литературные ассоциации, которых в принципе хотелось избежать. Но образ Горыныча запрятан в самом духе проекта. У ресторана, как у змея Горыныча, три огнедышащих головы: печь для пиццы, огромный камин и печь для хлеба.

    В этом проекте, как и в других не обошлось без бетона. Причем, его много — чего стоит только огромный бетонный диван, который плавно вытекает из колонны. Но при этом помещение абсолютно теплое и уютное. Как этого удалось добиться?

    Была бы моя воля, я бы уже купила собственную бетономешалку! Бетон — это некая незавершённая форма. А что-то незавершённое кажется мне супер трогательным. Бетон такой открытый, я бы даже использовала слово “голенький”. Мне кажется он очень нежным. И когда ему противопоставляешь такие супер фактурные вещи, как велюровые подушки, обработанное дерево и другие тактильные материалы, появляется много интересных зацепок для мозга и всё это связывается в единую очень уютную картину. Мне нравится соединять разные материалы, но чтобы при этом не образовывался винегрет (хотя салат винегрет — штука тоже вкусная!).

    В проекте много тактильных материалов, например, ткани Уильяма Морриса, обработанное дерево. Почему вы считает, что тактильные свойства материалов так же важны, как и их внешний вид?

    Частью мебели, а также оконными наличниками на проекте занимался Денис Милованов, а он известный мастер делать вещи очень тёплыми и притягательными. Когда человек сам, своими руками пилит дерево, делает заготовки — это энергия, которая передаётся материалу. А потом этот материал отдает потрясающую энергетику ручного труда человеку. Я не хочу сейчас глубоко уходить в эзотерику и приписывать материалам какие-то магические свойства, хотя… Мне правда кажется, что они есть. Я порой трогаю материал и через кончики пальцев получаю от него информацию. У меня из-за коронавируса на три дня пропало обоняние, и в тот же момент сильно обострились ощущения на кончиках пальцев. Как будто бы организм сказал: смотри, что у тебя есть! Организм такой хитрый и умный.

    Ресторан расположен в здании Центрального рынка в самом центре Москвы, само помещение вытянутое, в форме зернышка фасоли. Насколько место повлияло на то, какой должна быть планировка?

    Всё здание построено на смешении разных стилей — для меня это абсолютно непонятная конструкция. Но арочная стекловка всё-таки тяготеет к эпохе модерна. В дальнейшем это стало некой осью развития всего сюжета. Когда я зашла в первый раз в это помещение, у меня родилась идея, что человек, когда заходит в ресторан, должен попадать в такую точку пространства, откуда видит арочные окна, весь Рождественский бульвар и Трубную площадь, а также сумасшедший фиолетовый закат. И при создании планировки я всячески пыталась привести его именно в это место, чтобы он зашел и удивился.

    В этом интерьере использованы довольно дорогие материалы, много авторской мебели, но при этом, скажем, коммуникации остались открытыми, а некоторые колонны не декорированы. Нет ли в этом противоречий?

    Мне нравится в проектах что-то делать дорогим, а другое наоборот. Идея была в игре на контрастах. Оставить открытыми коммуникации, вентиляцию, систему пожаротушения, которая окрашена в золотой цвет, как лучи солнца. Все это мы оставили нарочито открытым. И это не стопроцентный факт, что оставляя коммуникации открытыми — это экономия денег. Это просто продумывание, как это всё будет смотреться вместе — и не будет ли это смотреться аляповато. Здесь суть только на пропорциях и тоненьких-тоненьких ощущениях.

    Вы говорили, что ресторан — это в своем роде театр. В «Горыныче» какой сюжет разыгрывают гости?

    Гости становятся участниками разных действий, это, можно сказать, настоящий иммерсивный театр: как гость зашёл, что заказал и сама подача блюд, беседа за столом, какую из голов Горыныча он увидит со своего места, как на него упадёт свет от стола. Желтоватые металлические столы так задуманы, что мягкий свет отражается от их поверхности и у сидящих возникает очень красивый светящийся оттенок лица, в своем роде натуральный фильтр. Если человек хочет войти в такое помещение и получить сказочную историю — это так будет. Завтра он отправиться в другой ресторан — будет немножечко по-другому. И в каждом заведении гость будет выглядеть и иметь возможность почувствовать себя причастным к своему роду театру.

    Интерьер «Горыныча» — это сказочная история, оставили ли вы какое-то скрытое послание в этой сказке гостям, которые приходят сюда?

    У нас за кухней напечатан лес, а на ветвях сидят совы, которых никто не видит, а видит только их горящие глаза. Если рассказать про это гостю, то он в следующий раз сам будет показывать этот «секретик» своим спутникам. А если не говорить – увидит когда-нибудь неожиданно и удивится, или обрадуется. Это изначально сказочный интерьер, он несет много посланий, потому что в любой сказке зашиты дополнительные смыслы. Если разбирать русские народные сказки, сказки народов мира — в них много разных смыслов, а не просто пошел в лес, вывод такой-то. Это попытка поговорить с человеком о том, что смыслов чуть-чуть больше, чем мы видим на поверхности.

  • Tunguska

    Создать атмосферу могущественной природы бескрайней Сибири, вспомнить уклад жизни в отдаленных деревнях, напомнить традиции и культуру коренных народов, и при этом не отставать от современных технологии и следовать самым последним трендам. Непростая задача стояла перед дизайнерами LEFTdesign, которые работали над созданием интерьера красноярского ресторана Tunguska. Как им удалось это реализовать и зачем понадобилось прокладывать вентиляцию с первого этажа на крышу элитной новостройки?

    О проекте

    Концепция красноярского ресторана Tunguska — предоставить гостям возможность взглянуть на сибирскую кухню и гастрономические традиции с новой стороны, а точнее создать ее современную версию, используя локальные продукты и последние кулинарные технологии.

  • Восход

    Ресторан “Восход” Александра Раппопорта находится в самом центре Москвы — в парке “Зарядье”, который ежедневно посещают тысячи туристов и горожан.

    Так что, само место навело на мысль о гастрономической концепции заведения — современная интерпретация кухонь народов СССР. Дизайн интерьера “Восхода” разрабатывали Ольга и Ирина Сундуковы, вот, что они сами рассказывают о проекте:

    «Перед нами стояла задача создать уместный и тонкий ансамбль из ультра-современной архитектуры пространства и ностальгических ноток, которые сами по себе выступают, когда темой кухни является кулинарные шедевры советской эпохи. При этом авторы проекта хотели отдать дань прошлому: как истории самого места, так и наследию русского авангарда, ар-деко и эпохе покорения космоса. Последняя тема появилась не случайно: в 60-х каждый ребенок страны мечтал стать космонавтом и отправиться в космос на ракете “Восход”.

    Нужно было принять во внимание и саму архитектуру парка Зарядье, суперсовременную, с плавными бионическими линиями, – “Восход” должен быть ее органичным продолжением.

    Для того, чтобы объединить все поставленные задачи в один интерьер, идеально подошло современное прочтение стиля 60-х, с его космическим футуризмом и добавлением ультрасовременных деталей в интерьер ресторана. Специально для проекта были разработаны уникальные лепные барельефы, в которых сочетается тема ностальгии по прошлому и мечты о космосе».

    Свет не менее важен, поэтому по проекту дизайнеров была создана люстра диаметром 3,5 метра, намекающая на движение планет по орбите вокруг Солнца.

    Мотивы космоса есть не только на потолке, но и на полу: ковер покрыт рисунком, напоминающим вид Земли из космоса.

    Мебель тоже подчеркивает идею космического футуризма: сферические диваны, округлые плавные линии мебели, перил и люстр. Заданная тема продолжается и на стенах, картины в стиле советского футуризма выполнены современными художниками.

    Ко всему этому добавили космические металлы, футуристичный пластик в стиле ретро, гиперболизированные арт-объекты в сочетании с советским шпоном, картинами и даже растениями той эпохи.

    Чтобы отдать дань гостинице Россия, долго просуществовавшей на месте Зарядья, в интерьере использован тёмно-синий формованный потолок – деталь интерьера ресторана этой гостиницы как элегантный и тонкий намек на советское прошлое.

  • Prscco — бар

    Prscco — бар расположен в самом центре Москвы на Пятницкой. И как понятно из игры, использованной для названия, в основе барной карты игристое вино и коктейли на его основе.

    Площадь бара небольшая — 70 м². Причем, гостям здесь подают не только напитки, но и готовят блюда. Дизайнером пришлось приложить максимум усилий на планирование и буквально задействовать каждый сантиметр небольшого пространства. Поэтому от традиционной посадки отказались в пользу высоких коммунальных столов, за которыми размещаются полусидя на удобных латунных трубках с кожаными валиками.

    “Каждый уголок в этом месте был досконально продуман, как на корабле. Каждый квадратный сантиметр мы пытались сделать уникальным. Например, систему хранения алкоголя в холодильниках мы подвесили прямо на стену, система хранения продуктов тоже подвешена на стену. Стены, потолки и полы мы заняли полностью тем, что необходимо для работы”, — рассказал архитектор Валерий Лизунов.

    Бирюзовый цвет — визитная карточка напитка Prscco. Здесь он использован и в рамках остекленного в пол фасада, и в оформлении размещенного прямо в зале кварцитового умывальника. Его изготовили из дорогостоящего бразильского камня. Этот же материал применили и в отделке туалетной комнаты.

    “Prosecco — это что-то итальянское, а у итальянцев в барах всегда используется натуральный камень. Если мы начнем вспоминать эти маленькие «prosecco-барчики», то они как будто все из 60-80 годов. Эту легкую атмосферу и образ итальянского заведения мы хотели чуть-чуть привнести и в наш проект. На стене висит большой телевизор, на котором идут одиозные итальянские фильмы, например, с Челентано, придающие этому месту более эпатажный образ”, — говорит Лизунов.

    Барная стойка оборудована кулером для напитков, над ней закреплена скрывающая коммуникации специально мятая сетка из латуни, из которой вниз спускается держатель для бокалов из того же золотистого металла. Держатель перекликается со светильниками, из которых дизайнеры создали инсталляцию: 200 световых приборов в форме бокалов подвесили донцами вверх.

    На столешницах, выполненных из орехового шпона, присутствует латунь в виде вкраплений. Из орехового шпона сделана задняя стена, стейшн при входе и барная стойка, дополнительно оформленная листами оксидированной меди.

    В оформлении бара наблюдается здоровый баланс между металлическими и бетонными элементами. Начищенной сталью переливаются холодильные камеры, витрина с разложенными на льду морепродуктами и гарнитур совмещенной с барной стойкой открытой кухни. Им вторит основная стена напротив, выложенная плиткой из светопрозрачного бетона с внутренней подсветкой. Тему искрящегося просекко подчеркивает и терраццо на полу, изготовленное вручную и искусственно состаренное авторами проекта.

  • Ruski

    Интерьер Ruski — это постмодернистская интерпретация русской истории и культуры. Перед дизайнером Юной Мегре и ее командой стояла сложная задача — рассказать о том, что близко русским из детства и о том, что привычно иностранцам из литературы, без визуальных штампов и шаблонов, без банальных и избитых решений. Результатом стал светлый, дышащий, авангардный интерьер, пронизанный сложными цитатами прошлого и отвечающий прогрессивным трендам.

    Акценты расставлены на постмодернистской, авангардной мебели, вдохновленной архитектурой и промдизайном 20 века. Так, кольчужная сетка создает кулуарные ложи у панорамный окон. Парадная лестница — современное прочтение осиновой рощи. Авторский пол, вдохновленный картинами русских авангардистов тридцатых годов. Большой светильник-инсталляция “Перо Жар Птицы” отсылает к русским сказкам и технике плетения на нитях. На создание полок в виде арт-конструкции из латуни и хрома вдохновили русский кубизм и конструктивизм.

    Сердце ресторана — первая полностью открытая русская кухня в мире, где гость наблюдает за всеми, порой очень сложными, процессами приготовления еды. Здесь все завязано вокруг русской печи, которая была создана известным печником по всем канонам. Архитекторам команды пришлось скрупулезно провести расчеты, поскольку ее вес более четырех тонн, а этажом ниже установить дополнительную колонну. Традиционная же мазанка, задала внешний вид всей зоны кухни и как будто она вся является огромной печью. Одно из достоинств ресторана — его расположение на 85 этаже. С такой высоты открываются потрясающие виды на столицу. Но при у помещения круговая планировка и дизайнеры максимально пытались уйти от малейших намеков в интерьере, которые бы напоминали смотровую площадку. Атмосферу камерности и уюта удалось создать за счет продуманного зонирования. По периметру друг за другом следуют четыре зала. Гости могут обойти заведение по кругу, наслаждаясь панорамой Москвы.

    Помимо двух баров, в ресторане есть и самый высокий в мире ледяной бар — комнату с минусовыми температурами и стойкой из глыб льда. В ней гости, облаченные в меха, могут насладится традиционной русской водкой и икрой. Лед, как и другие отделочные материалы, дизайнерам пришлось тщательно выбирать. Первые образцы не устроили — оттенки льда были слишком мутными. Для айс бара пришлось продумать и инженерные коммуникации на случай, если холодильное оборудование выйдет из строя. Вся вода уходит в общую систему канализации.

    Строительство на такой высоте не всегда было комфортным. В распоряжении рабочих был один грузовой лифт, который ходил по расписанию: в начале работ всего 4 раза в сутки, а на погрузку-разгрузку отводилось не более 7 минут. По словам генподрядчика и команды проекта, вписаться в такое жесткое расписание помогла грамотная логистика и четкое планирование.

    Крупногабаритные вещи, которые не помещались в лифт, приходилось вручную поднимать на 85 этаж. Например, чтобы затащить четырехметровую столешницу уходило три дня и требовались усилия 15 человек.